Ружейные шомпольные гранаты артиллерийского ведомства первого и второго образцов (1915 г.)  

Писать об этих гранатах в рамках одной статьи оправдано лишь потому, что об обеих слишком мало информации, чтобы появилась возможность описать в рамках отдельной статьи каждый образец.

Шомпольные гранты появились в русской армии уже в ходе войны, и стали своеобразным ответом на немецкие аналоги. Впрочем, времени на разработку чего-то оригинального не было, а немецкая конструкция была слишком сложна в изготовлении для и так перегруженной промышленности. Оставаться без ружейной гранаты уже не позволяла обстановка на фронте. Именно потому граната образца 1915 года несет на себе следы поспешности в разработке и проста до примитивности. Впрочем, последнее является скорее достоинством, нежели недостатком.

Конструктивно граната представляет собой чугунный корпус слегка продолговатой формы, имевший гладкую поверхность и два (вверху и внизу) отверстия с резьбой. В нижнее ввинчивалась металлическая пробка, в которую, в свою очередь, ввинчивался стальной пруток-шомпол. На конце шомпола имелся латунный обтюратор, который при выстреле вжимался в нарезы и уменьшал прорыв газов, а также защищал ствол от царапин, которые мог нанести стальной шомпол. В верхнее отверстие ввинчивался взрыватель ударного действия.

Конструкция взрывателя достаточно проста и заимствована от взрывателей артиллерии 1870-х годов. В трубчатом корпусе размещался ударник с канавками, над которым имелась предохранительная пружина. Ударник от перемещения удерживался предохранительной чекой, извлекаемой перед выстрелом. В верхнюю часть корпуса взрывателя ввинчивался «боевой винт», то есть винт-втулка с капсюлем.

Действие взрывателя основывалось на силе инерции, посылавшей при резком торможении гранаты тяжелый ударник вперед. Преодолевая сиу пружины, ударник накалывал капсюль, форс пламени, пройдя через канавки ударника, воспламенял расположенный за ним капсюль-детонатор, взрыв которого инициировал подрыв боевого заряда.

Простота конструкции имела и оборотную сторону – безопасность явно принесена в жертву. Тем не менее, некоторые меры предосторожности приняты были, так, ударник имел «сосок» (по аналогии с модификациями трубки обр. 1884 года), который в случае подрыва капсюля в боевом винте перекрывал путь пламени к капсюлю-детонатору. Если взрыв вызывался воздействием ударника, то «сосок» не препятствовал прохождению пламени к капсюлю. От несанкционированного срабатывания при транспортировке защищала чека. Но вот от срабатывания гремучертутного капсюля-детонатора при плохой его запрессовке не защищало ничто кроме хорошего качества работы заводов…

На взрыватель шла не самая дешевая латунь, отверстие для чеки позволяло влажности проникать во внутренность взрывателя, что со временем вызывало отказы и не могло не сказываться на надежности «окопного» применения.

И все же граната оказалась неплохим подспорьем в деле насыщения армии винтовочными гранатами и была разработана в срок. Единственной и, увы,  самой серьезной проблемой было то, что насытить войска винтовочными и шомпольными гранатами так и не вышло.

 

Данные гранаты первого образца:

Вес снаряженной ружейной гранаты - около 615 г., 

Вес разрывного заряда - около 130 г. 

При разрыве эта граната давала приблизительно 300 осколков. 

Дальность выстрела при угле 45°- около 220 шагов.

Для просмотра увеличенного изображения кликните по картинке

Ее цилиндрический корпус в передней части имел зауженную фигурную форму в виде четырех ребер с широкими выборками между ними. Ввинтное дно цилиндро-конической формы являлось второй частью корпуса гранаты.

От предыдущей конструкции, остался, пожалуй, только шомпол. Взрыватель и сама граната были полностью изменены.

Теперь взрыватель был органично «вписан» в конструкцию гранаты в виде центральной трубки. В головной части размещался ввинченный в пробку длинный боек (жало) с заострением на конце, на него был надет длинный трубчатый ударник, в задней части которого располагался капсюль-детонатор. В транспортном положении ударник удерживался чекой, а после ее удаления от случайного накола капсюля защищала предохранительная пружина. Но самым важным элементом в конструкции взрывателя было то, что подобно снарядным взрывателям серии ГТ (напр., 3ГТ)  ударник-трубка, насаживающийся на длинный боек, в положении до выстрела находился в совершенно безопасном положении. Донная часть корпус имела толстую перегородку, отделявшую нижнюю полость от боевого заряда. Эта полость по сути дела играла роль холостой каморы. Если по какой-то причине (например, при плохой запрессовке гремучертутного капсюля, вызвавшей его повышенную чувствительность) происходил подрыв капсюля до встречи снаряда с целью, детонация не могла предаться боевому заряду – камора локализовала такой взрыв.

Естественно, более простой гранатный взрыватель не имел инерционного предохранителя, был проще. Но ставить на гранату снарядный взрыватель было бы крайне неразумно и дорого, потому от 3 ГТ был взят только принцип действия.

Предохранительная чека, закрепленная на корпусе продетой в ушко бечевкой, в достаточной мере защищала от взрыва даже при падении снаряда строго «на голову».

Принцип действия взрывателя прост – перед выстрелом извлекалась чека, чем снималась первая ступень предохранения. При выстреле и во время полета гранаты от набегания на жало ударник удерживался предохранительной пружиной. При ударе о преграду ударник по инерции подавался вперед, выводя капсюль из холостой каморы, накалывал жало бойка. Детонация передавалась взрывному заряду.

Эта граната, будучи несколько сложнее предыдущей, имела неоспоримое преимущество в безопасности.

 Данные гранаты второго образца:  

Вес снаряженной ружейной гранаты - около 550 г.,

Вес разрывного заряда  - около 30 г.

При ее разрыве получалось до 200 осколков.

Дальность выстрела при  45° - около 260 (по другим данным 300) шагов.  

Для просмотра увеличенного изображения кликните по картинке

Обе гранаты недостатком имели то обстоятельство, что шомпол вызывал усиленный износ канала ствола. В гранате обр. 1914 года была не до конца решена проблема безопасности. Обе гранаты имели предохранительные чеки, которые иногда попросту забывали извлекать, что наверняка вызывало несрабатывание гранаты. Через отверстие чеки в корпус проникала влага, что несколько смягчалось тем, что гремучая ртуть и тротил не столь чувствительны к влаге, как, например, трубочный порох или терочный состав, которого в конструкции не было. А вот аммонал, которым  могли снаряжаться обе гранаты (а граната первого образца только им и снаряжалась) к сырости чувствителен, плоть до полной потери взрывчатых свойств при сильном отсыревании. Хотя отсыреть гранаты практически не успевали, конечно, если попадали в войска сразу с завода. Дело в том, что немцы сильно досаждали гранатными обстрелами, порой доходило то того, что на звук разговора, удары инструмента, слышимые в тихую погоду и во вражеских траншеях, следовал залп «ружейками». Не всегда такие обстрелы оказывались безобидными, но даже если никто в их результате не бывал ранен или убит, моральное действие на войска было велико. Наличие своих гранат и бомбометов, пусть и в меньшем, чем у врага, количестве, позволяло хоть как-то пресекать такую практику и поднимало боевой дух – «глядите, немцы, мы тоже можем ответить!».  

Обе гранаты снабжались прицелами по типу простейшего угломера, градуированного в шагах. Прицел закреплялся на винтовку, стрельба велась с упором приклада в грунт. При недостатке прицелов возможно было стрелять и без них, естественно, во вред точности, и так не очень высокой. Следует заметить, что имея некоторую практику применения подобных гранат, стрелок приобретал навык, позволявший достаточно точно «угадывать» нужный угол возвышения.

Для отстрела гранат применялись патроны с холостым зарядом, вместо пули в них имелся пробочный пыж. Заряд пороха, по всей видимости, находился в пределах 2,5-2,9 граммов. Применение боевых патронов для отстрела гранат категорически запрещалось (наверняка происходила порча ствола и возникала опасность подрыва гранаты), запрещалось также применять патроны с извлеченными пулями.

Интересный момент – форма гранат обуславливала разные особенности распределения осколков. Так, почти шарообразная толстостенная граната первого образца при заряде ВВ с невысокой бризантностью давала достаточно тяжелые осколки, распределявшиеся по кругу почт равномерно. Часть осколков приходилась на чугунную «пыль», но процент убойных осколков все же был весом.

Граната второго образца с ее цилиндрической формой и сравнительно нетолстыми стенками давала осколки удлиненной формы, чем-то напоминающие «сабли» (загнутые осколки удлиненной формы, образующиеся от продольного раскола снаряда), более характерные для артиллерийских боеприпасов.  Распределение осколков также напоминало артиллерийские снаряды – в большей мере в стороны и вперед, нежели назад, и сильно зависело от ориентации корпуса в момент подрыва. При навесной стрельбе площадь поражения была несколько больше, чем при более пологой траектории. Впрочем, конструкция взрывателя иногда вызывала замедленный подрыв гранаты, тогда, когда она уже успевала углубиться в землю.

По конструкции гранат четко просматривается то, что создатели их были хорошо знакомы с современной артиллерийской техникой, а также неплохо помнили недавнее ее прошлое. В любом случае, гранаты сконструированы грамотно, достаточно просты и надежны, хотя (особенно граната второго образца) сложноваты для производства в условиях неспециальных предприятий.

Впрочем, общей бедой обеих гранат были не технические недостатки, а неспособность наладить их массовое производство в достаточном количестве.

 Схема гранат из наставления по их применению.

Для просмотра увеличенного изображения кликните по картинке

За предоставленные цветные схемы автор выражает огромную благодарность Jhonni.

К гранатам К странам

На главную