Аэрофотосъемка в годы Первой мировой войны

 Автор: П. Д. Дузь "История воздухоплавания и авиации в России" 

     Развитие военных операций поставило авиацию перед необходимостью корректировать огонь своей артиллерии, помогать ей подавлять огневые точки противника, уничтожать долговременные укрепления. Возникновение этой новой потребности в свою очередь ускорило специальные изобретения в области аэрофотосъемки, радиотехники и вооружения самолета. Аэрофотосъемке много внимания еще до войны уделяли военные воздухоплаватели. Русским полковником С. А. Ульяниным были изобретены специальные фотокамеры для работы с воздушных змеев и дирижаблей. Последние были приспособлены и для нужд авиации. В офицерском классе воздухоплавательной школы еще в начале 1914 г. курсанты сдавали экзамены по аэрофотографии и радиотелеграфии. Читали эти предметы подполковники Муромцев и Агапов.

     Методы аэрофотосъемки военная авиация вначале восприняла также от воздухоплавателей. Накануне войны на военных маневрах русские летчики уже пользовались фотоаппаратами С. А. Ульянина и С. С. Неждановского. Аппараты С. А. Ульянина пользовались в авиации большой популярностью и оставались на вооружении до конца войны. На 1 апреля 1917 г. в корпусных и армейских авиаотрядах насчитывалось 77 аппаратов этой системы 2. Каждому отряду придавались специальные фотографические двуколки. Когда в начале 1915 г. ГВТУ запросило командиров авиаотрядов о пригодности имеющихся в частях фотографических аппаратов и фотографических двуколок, то большинство командиров дало положительную оценку, заявляя, что фотоаппараты С. А. Ульянина едва ли оставляют желать лучшего. Но их количество далеко не удовлетворяло потребностей авиаотрядов.

     Для того, чтобы от опытов перейти к массовой аэрофотосъемке, потребовались не только специальные фотоаппараты, но и новые виды самолетов. Из-за недостаточного запаса мощности авиадвигателей полеты на дальние расстояния проводились без наблюдателей. Никаких особых карт для летчиков не существовало. Лучшей картой считалась пятиверстная. Это сильно осложняло авиаразведку.

     Вначале разведка во многих отрядах была только визуальной. Снимки носили зачастую любительский характер. Потребность в детальном изучении укрепленной полосы обороны противника, точность и объективность, предъявляемые к данным авиаразведки, требовали совершенствования аэрофотосъемочного дела.

     Разведка позиций противника, пересеченных стрелковыми окопами, ходами сообщений, проволочными заграждениями, блиндажами и артиллерийскими позициями, была немыслима без аэрофотоаппарата, так как наиболее точным и объективным документом авиаразведки является фотографический снимок. По словам известного астронома Джемса Джинса, «глаз человека, находясь во власти предвзятых идей, нетерпения или надежды, может впасть - и фактически впадает - во всевозможные ошибки: фотографическая камера не может лгать».

     Используя аппараты системы С. А. Ульянина, русские летчики давали командованию весьма ценные сведения об укреплениях противника. Особенно эффективной была разведка крепостных районов, в частности Перемышля. Поручик Мулько неожиданно для артиллерии противника на бреющем полете пролетел над всей крепостью и сфотографировал ее.

     2 декабря 1914 г. командование Юго-Западного фронта доносило в ставку: «Метание бомб в крепость Перемышль и фотографирование ее успешно продолжаются» 1. Пролетая над Львовом, русские летчики, в том числе П. Н. Нестеров, фотографировали военные объекты города. Боевая работа русских летчиков немало способствовала успешной осаде крепости.

     Со временем наблюдение в полете за земными целями и пунктами стало осуществляться как летчиком, так и летчиком-наблюдателем. Ответственными за точность разведки являлись оба. Вскоре на помощь авиаторам пришли инженеры. Благодаря их совместным усилиям в 1915 г. русские самолеты были снабжены специально сконструированным полуавтоматическим фотоаппаратом системы «Потте», который позволял делать как маршрутную, так и площадную съемку. «Аппарат назначен главным образом лля, съемки непосредственно фотограмметрического плана местности, мелькающей под пролетающим над ней аэростатом или аэропланом» 2. Его изобретатель офицер русской армии подполковник В. Ф. Потте родился в Самаре в 1866 г. в семье военного топографа. Окончил кадетский корпус, пехотное училище. Еще накануне войны он изобрел первый в мире фотоаппарат, при помощи которого можно было без перезарядки получать 50 снимков. В разведывательной авиации Франции и Англии применялись в это время неавтоматические аппараты с кассетами, заряжавшимися фотопленками. Впоследствии для перспективной съемки применялись аппараты и других конструкций, но аппарат «Потте» оставался наиболее распространенным и популярным среди русских летчиков.

     Размер снимка у «Потте» получался 13 X 18 см. Масса аппарата 9 кг. Его первые экземпляры снабжались специальной резиновой «грушей», при помощи которой автоматически открывался объектив и включался механизм для перематывания фотопленки. Работа затвора и перематывание пленки производились действием заводных спиральных пружин, рассчитанных на 50 экспозиций (снимков). На случай отказа «груши» аппарат имел механизм, включавшийся в действие с помощью специального тросика с кольцом, который натягивался вручную. Фокусное расстояние объектива камеры составляло 21 см и позволяло фотографировать отдаленные предметы. Снимок, сделанный аппаратом «Потте», по четкости мало уступал современным аэроснимкам. В. Ф. Потте в ходе войны сконструировал аэрофотоустановку, укрепленную на полукруге, что позволяло поворачивать камеру на угол сноса, применил шторный затвор. Созданная В. Ф. Потте конструкция оказалась совершенной, долгое время находилась на вооружении, явилась основой для развития аэрофототехники во всем мире.

     Кроме аппарата «Потте», использовался также английский аппарат «Торнтон-Пикард», предназначавшийся для съемок отдельных объектов. На 1 апреля 1917 г. русские авиаотряды насчитывали 198 аппаратов системы «Потте», 77 аппаратов Ульянина и 114 аппаратов других систем. Все корпусные и армейскиесамолеты были снабжены аэрофотоаппаратами.

     Применение аэрофотоаппаратов давало столь ценные сведения о противнике, что данные авиаразведки стали непременным условием подготовки любой наземной операции. В «Руководстве воздушной фотографией по программе для испытаний на звание военного летчика», изданном в 1916 г., говорилось: «Разведка, произведенная с летательного аппарата, только тогда является ценной, когда в виде иллюстрации к донесению летчика приложена фотография всего того, что запечатлено всевидящим оком объектива».

     Теперь стало возможным с меньшими усилиями подавлять огневые точки, разрушать блиндажи и окопы противника. Крайне затруднительными сделались дневные передвижения войсковых резервов. Аппарат «Потте» позволял получать снимки в масштабе 100 м в 1 см, что делало возможным дешифрировать передовые позиции противника.

     «Если воздухоплавательный прибор пролетает над землей на высоте в 500 метров, то с каждым снимком получается план около 1/4 версты, но так как аппарат может дать 200-250 таких снимков, значит, за один рейс в одном направлении или за ряд параллельных рейсов можно отснять 50 квадратных верст».

     В декабре 1915 г. верховным главнокомандующим было созвано совещание по вопросам авиационного снабжения; в протоколе записано: «Фотографические аппараты желательно системы Потте, и, кроме того, заготовить 100 американских фотографических аппаратов нового типа».

     Всякое новое усовершенствование в военном деле сейчас же вызывает средства противодействия. В ответ на аэросъемку возникла новая отрасль военного дела - маскировка. Все основные военные объекты тщательно маскировались, устраивались ложные артиллерийские позиции, ходы сообщений, целые ложные укрепленные районы и города. В этих условиях требуется дешифрирование фотоснимка, его тщательный анализ, составление легенды, монтаж площадей, превращение перспективных снимков в плановые и пр. Эта задача возлагалась на сделавшуюся теперь неотъемлемой частью воздушной разведки военную аэрофотограмметрическую службу, которая составляла планы и карты местности по снимкам, доставляемым летчиками. Для правильного определения каждой точки плана применялись геометрические методы обработки аэрофотоснимков.

     Маскировка заставила улучшить также и аэрофотоаппараты. Стали применять длиннофокусные камеры, имеющие фокусное расстояние до 50 см, появилась специальная пленка высокой чувствительности. Были проведены опыты ночного фотографирования. Авиация получила возможность фотографировать большие районы.

     Всякая разведка хороша тогда, когда носит непрерывный характер и когда ее данные могут быть быстро использованы. Поэтому воздушная разведка велась так часто, как позволяли условия погоды и материальная часть авиационных отрядов. Самолеты вели наблюдения за позициями и тылом противника, насколько это допускал радиус их действия.

     Командование требовало, чтобы снимки местности предъявлялись без всяких разрывов между ними. В этих условиях приходилось строго выдерживать заданный маршрут и делать несколько полетов. Обычно снимать начинали с первой линии окопов и далее в тыл на глубину 5-10 км. Съемки велись с высоть 1200-1500 м, а иногда 2500 м, зачастую в условиях интенсивное обстрела с земли. За авиаотрядами закреплялись определенны участки фронта для ведения авиаразведки и корректирования огня артиллерии. Военные объекты противника просматривались двумя авиаотрядами.

     Фотоснимки позиций противника, сделанные в ходе первой мировой войны, отличаются четкостью. Например, артиллерийская батарея, заснятая фотоаппаратом «Потте» с высоты 1200 м, видна совершенно ясно вплоть до дорожки в лесу, где были скрыты артиллерийские двуколки.

     По возвращении самолета-разведчика на аэродром фотопленки немедленно передавались в фотолабораторию авиаотряда. Отпечатки снимков направлялись в аэрофотограмметрическое отделение авиационного дивизиона или штаба армии, там расшифровывались и развертывались в карты, на которых были указаны огневые точки противника. Карты направлялись в артиллерийские дивизионы и авиационные отряды, по ним производилось корректирование огня артиллерии. Такая система отнимала много времени, поэтому в ряде случаев приходилось обрабатывать фотоснимки непосредственно в фотолаборатории авиаотряда, тогда можно было пользоваться данными авиаразведки через два часа. Обнаруженные артиллерийские батареи наносились на карту-трехверстку, ее копия передавалась на батарею для ведения артиллерийского обстрела. Иногда стрельба добавочно корректировалась самолетом.

     Непрерывное улучшение летных качеств самолетов расширяло их радиус действия. Например, двухместный самолет «Вуазен» в начале 1916 г. мог находиться в воздухе в течение четыре часов со скоростью полета 100 км/ч, т. е. радиус его действия равнялся 200 км; в конце 1917 г. у самолета «Сопвич», обладавшего скоростью полета 130 км/ч и запасом горючего на четыре часа, радиус действия составлял уже 260 км.

     Немцы также придавали исключительное значение аэрофотосъемке. Так, по словам подполковника германской авиации Зигерта, в 1915 г. при подготовке летнего контрнаступления силами авиационных частей XII армии была произведена фотосъемка Новогеоргиевска, Варшавы, Росхан и Остроленк, что дало материал для получения точных топографических планов. Зигерт утверждает, что штурм предместных укреплений Ивангорода 51-м прусским пехотным полком был совершен по плану, выработанному на основании фотосъемочной разведки, произведенной 64-м авиаотрядом. Из этих признаний следует, что и командование немецких войск стремилось поставить авиаразведку на службу своим оперативным планам и уже в зачаточной форме установить взаимодействие авиации и наземных войск.

 

Авиация

На главную